«Тайна 21 июня 1941»

- 6 -

Да, в такой острейший момент поменять командующего фронтом на другого — значит, наверняка проиграть сражение. Да, Жуков понимал, что немедленно его не снимут, что сейчас он нужен. Но после битвы? Ведь припомнит же ему кровавый маньяк…

Тогда, получается, что генерал Жуков сознательно жертвовал в этот момент своей жизнью? Обрекая себя на неизбежную гибель?

Хм. Давайте оставим красивые слова для… ну, скажем, правых (и левых) защитников, они их очень любят.

Десять километров, в данном случае, дела не решали. Смолчал бы Жуков, не упорствовал в своей (конечно же) ошибке, было бы только лучше.

Не смолчал, ошибка состоялась и всё равно оборона не развалилась. Понесли лишние потери, конечно, но на исход сражения эти километры не повлияли.

Тогда зачем надо было рисковать своей жизнью?

Да, он мог поплатиться ей, если бы немцы взяли Москву. Мог, впрочем, и не поплатиться — ведь отдали же генералы Киев без сталинского возмездия за это?

Тем не менее, реальная опасность собственной гибели, в случае сдачи Москвы, для Жукова не была невероятной.

Но рисковать жизнью в ДАННОМ случае? По такому, в общем-то «десятикилометровому» поводу?

Вот и получается, что вопрос о том, кем был в глазах Жукова Сталин, вовсе не является праздным. Потому что всё, что мы знаем о Сталине из его воспоминаний (и бесчисленной другой литературы), делает эпизод, рассказанный Рокоссовским, по меньшей мере, странным.

По-моему, придётся нам с вами неизбежно допустить, что в данном случае Жуков не считал, что, поступая таким образом, рискует своей жизнью. И вызвать сталинское неудовольствие не рисковал тоже.

Тогда кем же он считал Сталина? На самом деле? В самой глубине души, куда никого не допускал?

Ведь со Сталиным он до того момента неоднократно встречался лично, докладывал ему, обсуждал с ним какие-то вопросы. Иными словами, неизбежно должен был составить о нём какое-то своё мнение, не предъявляемое широкой публике.

Так вот. Получается, что Жуков, идя на этот шаг, совершенно определённо считал Сталина, в первую и самую главную очередь, человеком дела.

Нет? Не согласны?

Но ведь на самом-то деле Сталин с Жуковым тогда согласился. Молча, но согласился.

Потому что решение Жукова, да, было неправильным. Но неправильным здесь было бы и другое — не один, а два или даже три командующих фронтом, командующих войсками через голову друг друга.

Это было бы вообще гибелью всей обороны.

- 6 -