«Чтобы встретиться вновь…»

- 5 -

Софи отвернулась от окна и расправила плечи. Хватит плакать. В конце концов, она не первая женщина, попавшая в такую историю.

Ей было жалко не только себя, но и Марка, на которого она обрушила такую неожиданную новость. И ребенка было жалко. Бедный малыш! Он не просил, чтобы его зачали столь безрассудным способом. Разве ребенку нужны родители, которые живут на противоположных концах света и никогда не смогут обеспечить его семейным теплом и уютом?

Все равно об аборте она не помышляет. Она хотела сказать это Марку, и, если бы ей удалось, она чувствовала бы себя хоть немного лучше. А теперь ей было еще тяжелее, чем до звонка. Но не слишком ли много она ждет от Марка Уинчестера? В конце концов, они распрощались полтора месяца назад и разошлись в разные стороны. Все это время она пыталась его забыть и почти забыла.

Врунья.

Софи обхватила колени и тяжело вздохнула. Она до сих пор видит перед собой Марка. Видит его глаза — темно-карие и пронзительные. Она хорошо помнит, какой он высокий и широкоплечий, какая у него бронзовая от загара кожа, блестящие темно-каштановые волосы, нос с небольшой горбинкой и твердая линия подбородка. И пленительная улыбка. Она вспомнила то, как он смотрел на нее, когда они танцевали на свадьбе. И, конечно, она помнила все, что произошло позже. Тепло его рук, магическое прикосновение губ к ее обнаженной коже…

В дверь тихонько постучали.

— Софи, ты здесь?

В проеме двери появился стройный силуэт Эммы, лучшей подруги.

— Ой, Эмма, слава богу, это ты.

Эмма была единственным человеком, кому Софи сказала про ребенка. Соскочив с подоконника, она поцеловала подругу.

— Я не ожидала, что ты сегодня придешь. Неужели у вас с Тимом не нашлось более интересных дел?

— Какие могут быть дела, когда моя лучшая подруга в беде? — Эмма обняла ее и спросила: — Ты позвонила Марку?

— Да, — со вздохом ответила Софи. — Но разговор не получился. Связь была ужасная.

— А как он воспринял новости?

— Даже не знаю… Кажется, он растерялся.

— Еще бы. — Эмма устроилась на краю кровати, скинула вечерние туфли и поджала под себя ноги. — Бедняга, для него, наверное, это было как гром среди ясного неба.

— Да, — печально согласилась Софи и вернулась на подоконник.

- 5 -