«Ночной экспресс»

- 7 -

– Работа у нас, Инга, – вздохнул толстяк, – врагу не пожелаешь. Вот какая она наша работа. Да сами увидите. Идемте, сюда.

Пока Инга соображала, откуда он знает ее имя, толстяк подергал что-то под столом. Стена с красным знаменем вдруг заскрипела и повернулась. За ней оказалось просторное помещение с рядами полок вдоль стен. Только это была не библиотека.

Это была вроде как Кунсткамера.

– Это, изволите ли видеть, все, что нам осталось от прославленного смоленского оборотня, – сказал толстяк, показывая на жбан с мутной жидкостью.

В жидкости плавала отрубленная рука с кривыми длинными когтями.

– Остальное наши молодцы посекли в кашу. Ну, туда ему и дорога. А вот сие мы изъяли у одного любителя грабить могилы. Называется «моровая пищаль».

Штука под стеклянным колпаком формой походила на наган. Только сделана была из примотанных друг к другу человеческих костей. Вместо рукояти – пожелтевшая челюсть с зубами. Части зубов не хватало.

– Что характерно – штука работала. Если направить ее на человека, выломать зуб и сказать кое-какие слова, с человеком приключается неприятная болезнь, которую я бы назвал «разжижением костей». Между прочим, смертельно. А вот здесь у нас…

«Что-то мне во все это не верится», – подумала Инга Трофимова. Было это в ней с

- 7 -