«Kriptos»

- 2 -

Телефон надрывался довольно долго, прежде чем Лиля отвлеклась от бушевания перед запертой дверью, сорвала трубку и рявкнула «Алло«.

– Лиля, прекрати сейчас же собачиться с братом, – трубка с ходу начала ругаться маминым голосом. – Сколько раз я могу это повторять!

– Но, мам, он первый…

– Ничего не хочу слышать! У меня от вас обоих уже голова раскалывается. Бабушка на сердце жалуется – хоть домой вас забирай.

– Так забрала бы, – огрызнулась Лиля.

– Не могу. Ты же знаешь, Тёме полезен приморский климат…

– Тёма! Везде Тёма! Я для тебя не существую! – прокричала девочка и, не слушая ответа, со злостью бросила трубку на рычаг.

Телефон сердито затрезвонил вновь. Громким дребезжанием его поддержал дверной звонок.

Прихожая была мелковата для вошедшей пожилой женщины. В тесном пространстве стало нечем дышать от убийственной смеси запахов кислого пота и приторных мускусных духов. Матерчатые сумки, звякнув внутренностями, опустились на пол.

– Звонка не слышишь? – вместо приветствия напустилась на девочку баба Ада. – Сумки забери, горе луковое. Галина, поди, названивает…

Взяв неподъемные пакеты, Лиля побрела на кухню, стараясь не прислушиваться к бабушкиным сетованиям, которые закончились традиционным «наплачешься ты с ней еще, дочка«.

– Мать звонила, – Баба Ада устало присела на жалобно скрипнувшую табуретку. – Опять, чума, Артёмку доводишь? И что вас мир не берет!

– Я не виновата, – угрюмо сказала внучка, рассовывая покупки по шкафчикам. – Он первый начал.

– Он начал, а ты закончи. Как старшая, уступи брату.

Старшая. Лиля ненавидела это слово. Оно означало, что все лучшее всегда уходит маленькому крикливому существу, а ей достаются лишь попреки и обязанности.

Брата наконец-то вымело из ванной.

– Бабуль! Давай я помогу.

Хорошо предлагать помощь, когда сестра уже все сделала, со злостью подумала Лиля.

– Помощничек ты мой, – умилилась бабка.

– А Лилька с Мишкой вчера целовалась, – невпопад наябедничал Артём.

Лиля рванулась вперед:

– Ах ты, поганец!

– Не трогай брата, дурная!

– Он врет!

– Не вру, сам видел.

Сестра все-таки дотянулась и отвесила ябеде тяжелый подзатыльник. Артем обиженно заревел, устраивая показательные выступления специально для бабушки.

– Ну-ка марш в комнату! Живо! И на улицу сегодня не пойдешь.

– Но, баб…, – Лиля чуть не плакала.

- 2 -