«Над пропастью»

- 4 -

Джедай может испытывать страх, ненависть, обиду, отчаяние – они были, в конце-концов, чувствующими существами – но джедай никогда не должен позволять этим эмоциям направлять свои действия. Подобное поведение протворечило инстинктам большинства видов, и поэтому обучение юных джедаев начиналась в столь маленьком возрасте. Умение обманывать собственную природу и непоколебимо верить в направляющее действие Силы давалось не самым легким образом. Это был выбор, который каждый джедай должен был делать каждый день. Иногда – каждую минуту. Но это было необходимо. Самообладание было сутью джедая. Это был тот урок, который, как он боялся, ему абсолютно не удалось донести до Анакина.

Его ученик не был готов нести ответственность самостоятельной миссии по охране сенатора Амидалы. Тот факт, что Анакин, по всей видимости, отказался от возложенной на него задачи и оказался на Татуине, являлся лишь наглядной иллюстрацией этого утверждения. Когда он озвучил свое беспокойство Мастеру Йоде и Мастеру Винду, они, к его большому ужасу, отмахнулись от него. Подобное случалось уже не в первый раз. В последнее время Совет, похоже, считал, что знает, что лучше для Анакина. Всем своим существом Оби-Ван чувствовал, что они ошибаются. И если это было так, последствия могли быть катастрофическими.

Не сосредотачивайся на своем беспокойстве. Как часто Учитель говорил ему эти слова? Больше раз, чем было звезд в галактике. Даже сейчас, в уединенности собственного ума, он слышал их, произносимые голосом Квай-Гона. Он глубоко вдохнул. Квай-Гон был прав. Живи в настоящем. Сосредоточенность на своих опасениях не ведет никуда.

Как бы ему хотелось сорвать плоть с затылка и унять коварный зуд! Он собрал всю свою энергию, пытаясь шевельнуть головой в надежде хоть на какое-то облегчение – только для того, чтобы увидеть графа Дуку, входящего в камеру.

“Предатель!”, - воскликнул Оби-Ван вместо приветствия, обидное слово сорвалось с его губ прежде, чем он успел оценить ситуацию. Проклятье, он не должен был делать такую глупость.

Однако Дуку, похоже, совершенно не оскорбился. “О нет, друг мой. Это ошибка. Ужасная ошибка. Они зашли слишком далеко. Это безумие.”

Внешний вид пожилого человека совершенно не вязался с беспокойством в его голосе. В своих элегантных одеяниях и с безупречно ухоженной бородкой он выглядел направляющимся скорее в оперу, нежели чем на помощь “другу”, попавшему в беду.

- 4 -