«Тени в лунном свете»

- 5 -

Он посторонился, и она быстро шагнула в лодку, стараясь не коснуться варвара. Она уселась на носу лодки. Варвар ступил в лодку, оттолкнулся от берега веслом и, используя его как шест, принялся с трудом прокладывать дорогу среди высоких стеблей тростника. Наконец они выбрались на чистую воду. Тогда он взялся работать обоими веслами, делая ровные, сильные, уверенные гребки. Мощные мускулы его торса, плеч и рук напрягались в такт усилиям.

Некоторое время они молчали. Девушка скорчилась на носу лодки, мужчина работал веслами. Она наблюдала за ним с боязливым любопытством. Очевидно было, что он не гирканец, и он не был похож на представителя какой-либо из гиборейских рас. В нем была твердость волка, которая отличает варваров. Его черты лица, принимая в расчет шрамы битв, грязь и кровь последних событий, отражали такую же неукрощенную дикость. Но в них не было тупой злобы или извращенной жестокости.

— Кто ты? — спросила девушка. — Шах Амурас назвал тебя козаком. Ты был в этой банде?

— Я Конан из Киммерии, — буркнул он. — Я был с козаками, как нас называли гирканские псы.

Она имела смутное представление о том, что названная им страна лежит далеко на северо-западе, намного дальше самых далеких государств ее расы.

— Я дочь короля Офира, — сказала она. — Мой отец продал меня повелителю шемитов, потому что я отказывалась выйти замуж за принца Коса.

Киммериец удивленно хмыкнул. Губы девушки искривились в горькой усмешке.

— О да, цивилизованные люди иногда продают своих детей дикарям в рабство. И при этом они называют твой народ варварским, Конан Киммериец.

— Мы не продаем своих детей, — проворчал он, свирепо выпятив подбородок.

— Ну вот, я была продана. Но пустынный вождь нашел мне самое лучшее применение. Он хотел купить благосклонность Шах Амураса, и я была в числе даров, которые он привез в Акиф, город пурпурных садов. Потом… — Она вздрогнула и спрятала лицо в ладонях.

- 5 -