«Надежда мира»

- 382 -

– Пусти! Он же музыкант, ты же ему не руку сломаешь, а жизнь!

– Женя, – растерялся Райв, – смешно. Ты ведешь себя так, словно я виноват. Этот недоумок решил меня зарезать – не думаешь же ты, что остановился бы, если б я вдруг прошляпил? Я хочу его наказать…

– Пусти, – сказала Женя холодно. – Он не тебя хотел зарезать, а меня защитить. Только не сумел бы. Даже если бы ты прошляпил. Не все способны убивать.

Райв послушался. Он встал, одновременно и выпуская руку Риэля, и поддавая ему ногой под ребра так, что менестрель откатился к ногам Жени.

– Вот он, забирай. Не думаешь же ты, что он подходящий охранник.

– Он не охранник. Он друг.

Райв пожал плечами, поднял нож и принялся крошить мясо. Риэль неловко сел, отвернулся, повесил голову еще ниже. Что чувствует мужчина, пытавшийся защитить так неумело и неудачно, что сам оказался защищаемым? Мужчина, напичканный комплексами неполноценности выше ушей? Женя переместилась к нему, взяла за руку (Риэль сдавленно охнул) и закатала рукав рубашки. Не сломал вроде. Эх, как бы определить, рентген остался далеко, и гадай тут, растяжение, вывих или еще что… На всякий случай она перетянула узкое запястье потуже. Не нож тебе в руках держать, а смычок. Никогда не делай того, чего не умеешь не физически, а душевно. Не дерись, потому что не способен причинить боль и тем более убить.

- 382 -