«Дюна»

- 4 -

Поль забылся сном и сразу увидел пещеру на Аракисе, людей, молча стоящих вокруг него в тусклом свете поплавковых ламп. Торжественно, как в соборе. До него донесся слабый звук — вода. Кап-кап-кап… Даже во сне Поль знал, что, проснувшись, он ничего не забудет. Вещие сны он не забывал никогда.

Сон растаял.

В полудреме он ощутил тепло своей постели. Поплыли сонные мысли. Когда солнечные лучи позолотили подоконник его спальни, он сквозь сомкнутые веки почувствовал их и открыл глаза. Тени на потолке образовывали знакомый узор. Из дальних коридоров доносились топот и беготня — сборы шли своим чередом.

Дверь открылась, вошла мать. Волосы цвета темного золота схвачены на затылке черной лентой, бесстрастное лицо, строгий пристальный взгляд зеленых глаз.

— Проснулся? — спросила она. — Как спалось?

— Хорошо.

Она подошла к шкафу, чтобы выбрать для него одежду. Поль заметил в ее движениях легкую скованность. Другой не обратил бы на это внимания, но она учила его по программе Бен-Джессерита, что означало внимание к мелочам. Мать обернулась, держа в руках скроенную на военный манер куртку. Над нагрудным карманом красовался герб Атрейдсов — красный ястребиный хохолок.

— Вставай и одевайся, — сказала она. — И, пожалуйста, поторопись — Преподобная Мать ждет.

— Я однажды видел ее во сне. Кто она?

- 4 -