«Чем черт не шутит»

- 259 -

Мужчина, коротавший время в обществе Саломеи, головы Крестителя и на треть пустой кружкой пива, выглядел лет на пятьдесят. Хотя на самом деле ему было на десяток больше. Почти все посетители «Оскара Уайльда» были завсегдатаи, ради удовольствия общения с единомышленниками съезжавшиеся сюда едва ли не со всех концов Москвы. Поэтому и одевались они в соответствии с заданным стилем. Узкие, обтягивающие голени и бедра велюровые брючки, батистовые рубашки светлых тонов с широкими воротниками, кружевными манжетами и плавно обтекающими плечи жабо, разноцветные жилетки, расшитые серебряными и золотыми нитями, бисером и искусственным жемчугом, широкие береты тэм-о-шентер и шляпки-таблетки, украшенные брошками и перьями. На этом пестром фоне наряд человека, за столик к которому мы решили подсесть, выглядел, можно сказать, экзотично. На нем были старые, затертые до дыр джинсы, на бедрах испещренные разноцветными пятнами краски, как будто художник за работой то и дело вытирал о них свою кисть, и такого же вида джинсовая куртка с многочисленными карманами и кармашками, значками и нашивками. Под курткой была надета черная майка со скалящимся черепом и надписью «Хочешь помереть? Спроси меня как!». Отчасти седые, чуть вьющиеся волосы странного чудака, несколько поредевшие возле лба, но все еще густые на затылке, были зачесаны назад и перехвачены тянущейся через лоб широкой плетеной полоской с древними индуистскими символами, истинный смысл которых давно затерялся в глубине веков. Потому и толковали их кому как вздумается. Довершала картину широкая, красивая борода на две ладони и аккуратно расчесанные усы.

- 259 -