«Ребята с Вербной реки»

- 8 -

— Низо, твоя боевая звезда ещё не закатилась! — воскликнул Боца, восхищённый подвигом Рако. — Иди припади к стопам своего спасителя!

Счастливый и смущённый Низо послушно склонился к ногам Рако, но это было роковой ошибкой: его набедренная повязка из листьев соскользнула вниз, и неудержимый хохот черноногих огласил окрестности.

— Ну, Голое Бедро, натяни-ка раньше штаны! — посоветовал ему Вождь.

А Низо зарумянился, покраснел, словно соревнуясь с самыми алыми перьями из хвоста петуха тётки Терезы.

От смущения он никак не мог попасть ногой в штанину.

Боца по-дружески помог ему. Поддерживая его под мышки, он тихо, но достаточно выразительно, чтобы и другие его услышали, говорил:

— Ну и что? Ты не виноват. Ты хотел подойти к Рако с чистым сердцем и обнажённым телом, как делают настоящие туземцы, воздавая почести своему божеству. Нечего тебе краснеть! Для тебя Рако в данной ситуации, если уж хочешь знать, настоящее божество! Господи, я поверил бы в какого хочешь бога, если бы он вот так ни с того ни с сего преподнёс мне новые штаны!

— Да ну тебя!.. — затягивая ремень, усмехнулся смущённый Низо, и слова его встретила новая буря хохота.

…Потерпевшие неожиданное поражение гаги готовы были лопнуть от злости.

Вдоль взволнованного строя ковбоев нервозно прохаживался Еза с блестящей винтовкой в руке.

Это уже были не шуточки!

Не считая штанов, а они как-никак были драгоценным трофеем, отбитым у туземцев, отряд Мичи захватил пять рогаток с боеприпасами, одну фетровую шляпу и, наконец, нож с перламутровой рукояткой, который так бесславно потерял в схватке этот хвастунишка Пе́рица. Езе было труднее всего признать, что туземцы оказались лучшими бойцами. На глазах у всего отряда десяток черноногих атаковал его «парней» и распугал их как стаю воробьёв! Отняли оружие, взяли трофеи и скрылись!

«Конечно, с силами, в три раза превосходящими силы противника, напасть на туземцев неожиданно, во время купания, было нетрудно, — должен был признаться самому себе Еза. — Но такое! Такая атака!.. Это, право же, заслуживает уважения!»

Он задал себе вопрос: хватило ли бы у него смелости на нечто подобное, и совесть быстро и решительно ответила ему: «Нет!»

Это разозлило его. Он собрал своих ковбоев, отчитал их за трусость и отсутствие бдительности, а затем двинулся к Куньей Горке. Движением, полным достоинства, он поднял свою винтовку и гаркнул:

- 8 -