«Восьмое чудо»

- 5 -

И когда в ту блокадную весну ленинградцы увидели первого чистильщика сапог, то многие от неожиданности на секунду застывали на месте. Каждый с удивлением всматривался в смуглое, чуть посеревшее лицо и словно впервые замечал красивый разрез продолговатых восточных глаз с грустными чёрными огоньками на голубом белке. Прежде чем поставить ногу на деревянный сундучок, прохожий неуверенно спрашивал: «Можно почистить?», словно не решаясь воспользоваться услугами, от которых давно отвык. А чистильщик уже молча брался за щётку. Разумеется, руки его двигались несколько медленнее, чём раньше, но в этой медлительности было что-то по-настоящему торжественное.

Невский был тогда сер и неопрятен. Измученные люди дрожащими от слабости руками скалывали грязный лёд с оттаивающих тротуаров и грузили расколотую на части ледяную шкуру города на фанерные листы, которые затем волокли к Фонтанке или Неве. Это были дни, когда вместе с первыми ветрами весны в придавленный горем город возвращалась неуверенной ещё походкой жизнь…

- 5 -