«Последние халдеи»

- 24 -

Бузили мы на уроках Налетчика, пожалуй, не меньше, чем на других уроках. Но сам Налетчик относился к нашей бузе иначе, чем прочие халдеи. Он никогда не сердился, не выходил из себя, не кричал и не наказывал нас. Всякую, даже самую дерзкую выходку нашу он старался обратить в шутку. Когда, например, на уроке ему требовалось повернуть шеренгу налево, из раза в раз повторялась одна и та же история.

- Нале-е-е... - начинал команду халдей.

- ...тчик, - отвечали мы хором. Получалось: "Налетчик".

- Еще пять таких "налетчиков", - говорил, усмехаясь, Налетчик, - и класс будет записан в журнал.

Мы свято держались этого условия и, повторив пять раз свою шутку, на шестой прикусывали языки.

В перемену мы обступали Налетчика.

- Виталий Афанасьевич, - просили мы его, - расскажите, за что вы в тюрьму попали.

Он вздрагивал каждый раз, и каждый раз это приводило нас в неописуемый восторг.

- Кречет! Кречет! - шептал Воробей.

- Притворяется, что Кречет! Пинкертон! - уверял Горбушка.

- Бандит! - всхлипывали мы.

- Куда? - усмехался Налетчик. - В тюрьму? Вот чепуха-то. Откуда вы взяли?

И, посмеявшись, он расталкивал нас и шел в канцелярию, насвистывая "Ойра-Ойра". Он делал вид, что ничуть не смущен, но мы-то отлично видели, как дрожат его руки и неестественно корежится спина.

- 24 -