«Смертельная ловушка»

- 3 -

— Вы не отдали мне честь, — сурово попрекнул её я.

Будь у неё чувство юмора, она бы встала и отсалютовала мне, но за те десять дней, которые она провела на службе, я ни разу не заметил за ней этого качества. Однако я вовсе не собирался отказываться от дальнейших попыток. Я решил, что она намеренно дразнит меня.

— Прошу прощения, майор Гудвин, — сказала она. — Я соблюдаю устав.

— Ладно, — отмахнулся я. — Это мистер Ниро Вулф. А это сержант армии Соединённых Штатов Дороти Брюс.

Оба наклонили голову. Подойдя к двери в противоположном конце приёмной, я отворил её, пропуская Вулфа, затем вошёл сам и закрыл дверь за собой.

Это был просторный угловой кабинет с окнами на обе стороны. Вдоль двух других стен стояли металлические, запирающиеся на ключ шкафчики для документов высотой в две трети стены. Ещё одна дверь вела прямо в коридор, минуя приёмную.

Присутствующие в кабинете люди были настроены крайне серьёзно, хотя и бодро, как болельщики бейсбольной команды, выполнившей славную подачу. Увидев, что атмосфера не требует соблюдения правил военного этикета, я не поднёс руки к виску. С двумя полковниками и лейтенантом мы уже были знакомы и, хотя ни разу не видели человека в штатском, знали, кто он такой. Каждый законопослушный гражданин города Нью-Йорка узнал бы в нём Джона Белла Шетука. Он оказался ниже ростом и, быть может, чуть полнее, чем я его себе представлял, но, когда он встал, чтобы протянуть нам руку, сомневаться, что это он, уже не приходилось. Правда, мы были жителями Нью-Йорка, но любой депутат всегда должен учитывать, что вы можете переехать в его штат и стать его избирателем.

— Встреча с Ниро Вулфом — это событие, — заявил он голосом, который звучал несколько ниже, чем его наградил господь. Мне уже доводилось встречаться с подобным явлением. С тех пор, как Уинстон Черчилль произнёс свою знаменитую речь на заседании Конгресса, половина конгрессменов в Вашингтоне старалась ему подражать.

Вулф обошёлся с ним достаточно вежливо и затем обратился к Райдеру:

— До сих пор, полковник, у меня не было возможности выразить вам соболезнования в связи с гибелью вашего сына. Единственного, насколько мне известно.

Райдер стиснул челюсти. Прошла уже неделя, как об этом стало известно.

— Да, — подтвердил он — Благодарю вас.

— Ему довелось убить немца?

— Он сбил четыре немецких самолёта. Наверное, их пилоты погибли. Надеюсь, что это так.

- 3 -