«Бумажный дом»

- 84 -

Под действием дождя книга начинала расползаться, сплющиваться на блоке черного мрамора в процессе медленной, но в итоге умиротворенной смерти, как корабль, совершающий молчаливое вхождение в гавань. Тогда я снова представил себе ужаленного сомнением Карлоса Брауэра, пытавшегося вспомнить, в каком месте оштукатуренной глухой стены оказалась книга, и вслепую прощупать шершавую поверхность в надежде, что книга ответит ему вибрацией в подушечках пальцев, и он сможет вспомнить, где она находится, пристав к другой книге. И на мгновение я почувствовал, как он упрекает себя не за забытье, а за память о том, что книга скрыта где-то под цементом, и за желание ее отыскать. Сделал ли он это ради нее? Сделал ли он это ради себя, пресытившись одиночеством, быть может, устав слышать зов книг, перекрываемый стуком подвешенных на ветру костей? Или все приобретало смысл в наивной, но неуничтожимой потребности женщины, молящей о том, чтобы ее удивили, и эта мольба стала концом чего-то, что должно было кончиться, что давно было кончено для него, и ему нужно было лишь принять решение послушаться зова, взять молоток и начать снова разрушать собственное творение, словно вместе с ним он освободится из заточения?

- 84 -