«Икона»

- 3 -

С вершины высокого холма Адельфос, поверх терзаемых ветром кедров, за которыми прятались пещеры, он видел выраставший серым облаком хребет Пиндос на востоке, коричневую гряду, тянувшуюся к Конице и албанской границе на севере, и представлял себе блики солнца, отраженного водами Ионического моря, на западе. Ниже круто уходили вниз зеленые лощины и разбросанные среди скал деревни, отмеченные высокими каменными башнями церквей. Сюда, на эту гору, капитан Элиас часто приходил ребенком. Он представлял себе жизнь, протекавшую за этими горными стенами: южнее, в Афинах, или за океаном, в Америке, куда уехал его дядя. В своем воображении он становился солдатом, доктором, странствующим музыкантом, шпионом — не важно кем, главное было то, что он уедет отсюда. И не было ни одной игры, в которой он возвращался бы назад, — человек, за которым охотились в его собственной стране.

Было уже за полночь, когда отец Микалис пришел в пещеру Константина. Несмотря на то, что в последнее время он появлялся у партизан нечасто, он знал, где их найти. Элиас, в эти дни почти не спавший, подозвал молодого священника к себе, в колокол света от зажженного фонаря. Несколько недель назад капитан предупредил отца Микалиса, что немцы следят за ним. Поэтому нынешний приход священника мог быть вызван только настоятельной необходимостью.

— Благослови нас, отец.

- 3 -